Содержание здесь: Уголовное дело полковника Х. о подбрасывании ему наркотиков ФСБ России

О роли прокуратуры…

В деле о подбрасывании полковнику Х. наркотиков ФСБ России прокуратура сыграла исключительную роль. То есть … никакую (от слова – исключать). Что есть прокуратура, что ее нет, - одинаково.

Все обращения в Генеральную прокуратуру, прокуратуру города Москвы, N. межрайонную прокуратуру города Москвы остались не разрешенными, либо присылались пустышки-ответы о направлении, перенаправлении и отсутствии нарушений закона.

Но, думали мы, что основная роль прокуратуры в поддержании обвинения в суде и уж тогда люди в красивой синей форме летчиков покажут всю силу и мощь «государева ока».

Однако кроме как фраз: «поддерживаю ваша честь», «все законно, обоснованно и мотивированно», «нет оснований для изменения» в отношении безобразно составленного обвинительного заключения (что признавал даже прокурор Андреев в первом судебном разбирательстве суда первой инстанции) ничего другого этот отмирающий орган выдать не смог.

А вот вспомнил: прокуроры зевали, играли в телефоне, не знали материалов уголовного дела, а всю работу по поддержке обвинения выполнял за них суд.

Что интересно. В прениях второго судебного процесса старший помощник прокурора Корнеева запросила 4 года лишения свободы не зная, что суд не вправе назначить наказание свыше 3 лет 6 месяцев. 

Поскольку п. 20 постановления Пленума  Верховного Суда от 30.06.2015 года № 29 «О практике  применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве",  установлено,  что с учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 УПК РФ о том, что обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строго наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности.

Данный приговор был отменен  Судебной коллегией по уголовным делам Московского городского суда от 31.08.2016 года по жалобе стороны защиты ввиду нарушения права на защиту Х., а не по представлению прокурора, которое в деле отсутствовало.

На личном приеме у межрайонного прокурора N. прокуратуры мы попытались донести до нее, что в отношении нашего подзащитного совершенно преступление, ему подбросили наркотики, сфабриковали дело, которое затем безобразно фальсифицировали, совершенны многочисленные нарушения закона и даже преступления отдельными сотрудниками.

Но ее это нисколько не интересовало, поскольку, как нам сообщали следователи МВД, ведущие дело, всё давно согласовано со всеми органами и Х. получит срок и будет сидеть.

О роли прокуратуры

Однако прокурор ошибалась, и как оказалось впоследствии, после отмены первого приговора в суде апелляционной инстанции Московского городского суда, пропустила в суд незаконное обвинительное заключение, на основе которого был постановлен приговор.

Отдельно хочется отметить, что доступ в прокуратуры низового уровня ограничен. Просто так зайти в помещение прокуратуры нельзя. Нельзя и вручить ответственному лицу документы (жалобы, заявления) под роспись. Документы возможно вручить только на личном приеме, в приемные часы. То есть теоретически никогда, если этого не захочет тот или иной работник прокуратуры.

Жалобы о невозможности вручить документы в экспедицию или канцелярию прокуратуры оставлены без внимания вышестоящими прокуратурами.

Кроме омерзения, название, сущность этого органа и люди, которые в нем работают не вызывает ничего.

Правильно говорил их учитель, руководитель и идейный вдохновитель Генеральный прокурор СССР Вышинский Андрей Януарьевич, бывший меньшевик, переметнувшийся на сторону большевиков: «Главное, в ходе следственных действий, не выйти на самих себя».

Вот они и придерживаются этого принципа, имитируя деятельность и переводя тонны макулатуры и бюджетных денег на содержание всех этих юристов в лётной форме.

Продолжение следует…